Люблю оставлять цифровой след в виде участия в ютуб эфирах. И пока жду новый — у меня скоро дебаты по стратегии голосования на выборах в Госдуму — хочется закрыть гештальт по предыдущему.
У меня есть ресентимент Болотной площади и проспекту Сахарова 11-12 года, Координационному Совету Оппозиции, когда, кажется, история России могла повернуть в сторону развития гражданского общества, свободы и демократии. Часть ответственности за то, что происходит сейчас я возлагаю на оппозицию: она не смогла договориться друг с другом и создать образ единой политической силы. Отсюда у меня сложилось убеждение, что уж внутри либертарианского движения мы должны держаться друг друга, поддерживать, договариваться, а не ссориться.
Есть такое издание — Ёж-медиа. Оно освещало деятельность обоих либертарианских партий, толкая нарратив об их объединении. А стилистикой своей напоминали мне сторонников Михаила Светова времён раскола: молодые, энергичные, с вызывающим поведением и самоуверенностью. Периодически деятельность этого издания вызывала возмущение в моей партии, поскольку ребята часто не советовались, давая тот или иной материал про нас и регулярно толкали нарратив об объединении, который не у всех в партии находил поддержку. Опять же, на мой взгляд, делалось это тоном эксперта, знающего, как правильно.
И вот однажды придя в комменты Ёж-медиа к посту про нашу партию, и пытаясь объяснить, почему у нас вызывает такое возмущение их публикация, смог продраться через пару уколов (одну помню — что пишу как ChatGPT), смог наладить контакт с главным редактором Дмитрием Майским. И теперь, когда в партии были вопросы — писал ему напрямую. Оставалось примирить вторую сторону. Но внутри партии я не находил понимания и понял, что сама дискуссия по поводу сотрудничества с Ёж-медиа уже мало кому интересна.
Однако ко мне в личку пришла Аля Заноза и предложила побыть модератором в совместном эфире с Дмитрием Майским. Я согласился. Мы втроём обсудили предварительные договорённости. Как помню, Аля хотела задавать вопросы по поводу деятельности Ёж-медиа, Дмитрий же больше хотел говорить о развитии либертарианского движения. Пожелания были проговорены, но договорённости о том, как будет проходить эфир — не возникло.
Важно ещё добавить, что между созвоном насчёт предварительных договорённостей и эфиром, Аля мне предложила работу. Поэтому на эфир я уже шёл с небольшим конфликтом интересов, чётко его пока не осознавая. А ещё была такая установка, что я чувствую себя не вправе устанавливать особо порядки, ведь Аля блогер, я иду на её канал, у меня нет опыта, поэтому мне нужно ориентироваться на неё.
И вот наступил эфир под названием “Слушается дело Ёж-медиа”. Как всё происходило можете увидеть сами. А я расскажу как ситуация отпечаталась в моей памяти.
Дмитрий изначально посчитал формулировка эфира некорректной, говорил, что хотел больше говорить про либертарианство, чем обсуждать претензии к своему изданию. Аля же хотела задать вопросы именно к изданию. Я хотел быть эдаким котом-леопольдом, который скажет всех помирить, параллельно пытаясь понять свою роль: вроде я модератор, но вроде дискуссии как таковой нет, всё идёт спокойно. А открыть глаза Дмитрия на суть конфликта очень хочется. И я потихоньку стал дрейфовать в сторону высказывания своей позиции, чтобы оживить дискуссию, хотя изначально планировал, наоборот, снижать градус накала. И вот ко второй части передачи, я понял, что здесь нет строгого регламента, и я окончательно могу отойти от своей роли.
У всех людей разное поведения в ситуациях, когда тебе задают неприятные вопросы. У меня обычно включается адаптивность, я будто зверёк ложусь на спину, подставляю пузико, поднимаю лапки и объясняю, что я хороший и нападать на меня нельзя. Кто-то начинает злиться и говорить всё категоричнее и с вызовом.
Так, мне показалось, повёл себя Дмитрий… Ох, как мне это напомнило поведение сторонников Светова во времена раскола! Я остро реагирую на проявление раздражения, злости в адрес себя или других людей. Апогеем стало, когда Аля, подбирала слова, чтобы не называть определённую тему. А Дмитрий, как мне показалось, с вызовом эти слова специально произнёс. И тут у меня сгорела жопа, я ему прямо указал на то, как он себя ведёт. Ведь в этом как раз и заключается проблема невозможности нашего сотрудничества — мы не умеем слышать и заботиться друг о друге. Для меня это — основная причина раскола либертарианских партий.
Таким образом я окончательно занял сторону и небольшой остаток эфира мы провели с Алей уже как будто вдвоём против одного Дмитрия. Когда эфир кончился, я уже понимал, что моя идея помирить Ёж-медиа и мою ЛПР потерпела крах. Я чувствовал вину и стыд, за то, что именно в тот момент, когда мне необходимо было быть модератором, я вышел из этой позиции. И претензии о неготовности входить в положение других людей, можно было бы адресовать и к Але: Дмитрий два раза обозначал, в каком формате хочет вести беседу, но его пожелания не были учтены.
На следующий день у Ёж-медиа вышел “разгромный” пост про эфир. Я из последних сил пытался найти слова, чтобы сгладить ситуацию, защищая свою позицию, что нужно быть терпимым и слушать друг друга, уже понимая, что не до конца искренен, т.к. не говорю про свою ответственность и ответственность Али. И ничего у меня не вышло. В итоге я отписался от Ёж-медиа и больше с ним не контактировал. А с Алей в итоге мы соседи — живём в одном городе.
Вот такой из меня примиритель оппозиции получился. Я всегда считал, что могу помогать другим договориться, ведь у меня достаточно большой порог терпения. Но недооценил, как бываю зависим от собственной эмоциональной реакции, особенно когда тема меня задевает. Стоит мне почувствовать несправедливость — и я перестаю быть модератором, становясь участником конфликта. И с одной стороны я чувствую вину, что повёл себя некорректно, и разочарование, что не получилось наладить контакт. А с другой стороны эта история подсказала мне, что во многих жизненных историй мне на самом деле хочется быть участником, а не арбитром.
